Темная история славянства

Темная история славянства

Мы продолжаем публиковать работу Виктора Николаевича.  Ниже, представлена третья глава книги «Темная история славянства».

В.Н. Малышев. Пространство мысли и национальный характер — СПб.: Август, 2005. — 400 с. ISBN 5-98966-001-4

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПРОСТРАНСТВО МЫСЛИ

ГЛАВА 2. ЯЗЫК И ВРЕМЯ

ГЛАВА 3. ТЕМНАЯ ИСТОРИЯ СЛАВЯНСТВА

ГЛАВА 4. ЭКОЛОГИЯ — РЕШАЮЩИЙ ФАКТОР В ИСТОРИИ

ГЛАВА 5. ТАЙНА ЗАГАДОЧНОЙ РУССКОЙ ДУШИ

ГЛАВА 6. ПРАВИЛА ЗАПАДНОЙ И РУССКОЙ МЫСЛИ

ГЛАВА 7. ЛАТИНСКИЙ ЯЗЫК

 

Стр. 118

Глава 3 ТЕМНАЯ ИСТОРИЯ СЛАВЯНСТВА

 «Изучение русской истории портит самые лучшие умы»

Т. Грановский, историк, профессор Московского университета.

 

1. ЧТО ИЗВЕСТНО ОБ ИСТОРИИ СЛАВЯН?

Мы почему-то страдаем от исторической неполноценности. А итальянцы, имеющие мало общего с римлянами, самоуверенно утверждают,

Стр. 119

что ведут свою историю от них. Практически, только с петровских времен, русские стали официально интересоваться своими корнями (историей, этнографией, языком). Уже на основании изучения летописей, в XVIII веке была составлена официальная писаная история. Но наша история как-то внезапно начинается в середине IX века, со славянской письменности и христианства. И то немногое, что написано о прошлом в летописях, оказалось не всегда точным. А все, что было раньше VIII века, покрыто мраком неизвестности.

Отсутствие доказуемых моментов первенства в инициации достижений культуры принижает нас. Отсюда нам кажется, что все, что мы имеем, вторично и появилось у нас вслед за Европой (перенято, скопировано или перешло по наследству). Нас тайна происхождения угнетает, а вот, например, немцев нет. А ведь этническая и культурная история немцев не менее темна. Но немцев питает бездоказательная, нахрапистая уверенность в достоверности мифов о Зигфриде, валькириях и нибелунгах, мифов, гораздо более похожих на сказки, чем сказания славян. А если спросить немцев, откуда пришли в Европу их мифические предки, и сколь ясна их древняя история, то вразумительного ответа мы не получим. Так, события «Песни о Нибелунгах» соотносят с нашествием гуннов в 437 году. Однако в «Песне» полно неясностей, неточностей и путаницы. В целом она ничуть не точнее былин об Алеше Поповиче или Илье Муромце [17].

Весь XIX век в культурной среде России сражались славянофилы с западниками, так и не получив серьезного перевеса. Впрочем, усилиями историков и археологов за последние 100-150 лет мрак неизвестности дохристианской русской истории стал редеть. Однако с расширением исторических сведений стал сгущаться туман в определении са-моотождествления. Оказалось, что в русскую кровь, кроме татарской, вливалась скифская и прибалтийская, кровь печенегов и финно-угорских племен. Некоторым литераторам начала XX века показалось, что азиатское начало в нас даже сильнее славянского. Фактически встал вопрос «кто мы?». Историк-востоковед Лев Гумилев считал, что никакого татарского ига в сущности и не было, а было союзное Московско-Сарайское государство, которое на европейских средневековых картах именовалось «Татария», а позже «Московия».

Если нас интересует русский национальный характер, то вопрос о нашей генетике и этнографии не может быть лишним. Может быть антропологическое славянство и есть главное звено в национальном характере? Правда, тогда этнографические и исторические исследования должны были бы давно нащупать это главное. Попробуем кратко прикоснуться и к этой теме.

История славянства известна слабо. До сих пор идет спор по большинству вопросов. Откуда славяне пришли, известно лишь в самом общем

Стр. 120

виде, как и их история. Неизвестно как назывались тогда племена, и каков был их древний язык. Особенно много темных мест в происхождении племен, населявших будущую Русь. На каждый из этих вопросов мы имеем слишком разнообразные ответы при недостаточной их аргументации.

Древние историки упоминают многие обобщенные названия племен, селившихся на территориях к северу и востоку от Древнего Рима и Древней Греции: венеды, анты, славяне, сербы, дулебы и другие. Насколько эти этнонимы славянские, и родственны ли эти племена другу другу неясно.

Например, этноним венеды А. Шахматов считал кельтского происхождения [319, 320]. По его мнению, на северо-востоке кельты-венеды покорили славян (у Вислы), а соседи славян (германцы и финны) стали называть славян венедами. Есть и другие точки зрения, что венеды—это еще не разделившаяся балто-славянская общность, существовавшая до V века н.э. (Королюк 1978). Название славян как венедов сохранилось в древнем прибалтийско-эстонском наименовании славянской земли: эстонское Vene, водское—Venai, финское—Venaja. Позднее это название перенесено и закрепилось за русскими. Польский топонимист С. Роспонд возводит этот этноним к индоевропейскому корню ven — мокрый, речной. Среди соседних племен немецкие хроники еще в XIII веке упоминают неких вендов, от имени которых в районе современной Латвии и Пруссии осталось множество названий (русский — Виндава, латышский — Ventspils, немецкий — Windau, литовская область — Wenden и др.). Установлено, что это были балто-финские племена, так как они не говорили на разновидностях славянского языка [7].

Так или иначе, но все мнения сходятся на том, что поздние венеды, это, конечно, славяне, но полностью идентифицировать венедов со славянами нельзя. Возможно, этот этноним был перенесен на при-шельцев-славян их соседями, так как те, прибывая и селясь, незаметно перемешались с теми венедами, которое были до них.

А по данным Г. А. Хабургаева [306] и В. В. Седова [249], венеты (или венеды) это более древнее и более общее наименование славян, чем «славяне» и «анты». Правда последние термины имеют не меньше толкований чем венеды. О. Н. Трубачев [289] считает, что «славяне», этноним образованный от самоназвания, в отличие от этнонимов венеды и анты. По одной из гипотез термин славяне произошел от гидронима в значении — течь, омывать, отмывать (древние названия рек у славян — Слову-тич, Слуя, Слава, Славица). Славяне, таким образом, мыслились как «люди, живущие по берегам рек» [301]. Любопытно, но это подтверждается этнографией славян и связностью находимых смыслов слов во всех остальных именованиях славянских племен: (венеды—гидроним (от ven), славяне—гидроним (течь) и русские—гидроним (русло, русалии).

Стр. 121

Слово славянин, также как и этноним русский, с точки зрения словообразования, не принадлежит к именованию поселенца на определенной территории (типа, горец), а указывает на связь с группой людей, с сословием. С другой стороны, некоторые ученые приводят данные, что этимология слова «славянин», содержит смысл «говорящий понятно» или «свой». С его помощью может быть обозначен круг общины на основе противопоставления, в отличие от «чудь» — чужой, или «немец» — немой, и прочее. Такой переход социально-родовых терминов в этнические убедительно показан как типический для многих народов. Самоназвание и название этих племен другими народами обычно различны. Сами себя племена обычно называют «люди», «народ», «свои», «мужи» и пр., а остальные народы «чужаки», «немые», «рабы» и т.д. Это справедливо не только для диких племен, но может быть показано и для вполне «цивилизованных» народов. Так, самоназвание немцев — deutsch, что означает «народ». Другие же племена можно обзывать как вздумается, особенно если сила на твоей стороне. Например, индейское племя, имеющее самоназвание «дакота», что означает «союзные племена», европейцы назвали «сиу», которое представляет собой сокращенное франко-канадское слово «гадюка». Ирокезы тоже известны по своему алгонкинскому имени, измененному во французской передаче в слово означающее «настоящие гадюки».

Этноним и самоназвание «серб» тоже содержит смысл «человек, член родового союза» [301,101]. История этого термина восходит к индоиранскому противопоставлению скотоводов и земледельцев. Если слово «серб» более склоняется к значению сеять, то «хорват» к значению «пасти скот». Племена сербов поселились на нынешних территориях Балкан (Сербия, Греция, Македония) и юга Германии (сорбы). А племена «хорватов», как и положено скотоводам, на территории около Карпат — нынешней Венгрии, Далмации и Чехии. Этимологически слова «хорват» и «сармат» тождественны, и восходят к значению иранского прилагательного sar-ma(n)t \ har-va(n)t — «изобилующий женщинами». Не вдаваясь в подробности, можем только сказать, что и здесь мы имеем дело с переносом имени с одного этноса (иранского) на другой (славянский), только по причине заимствования обычаев скотоводства славянами-хорватами у хорватов-иранцев.

2. КОНФОРМНОСТЬ СЛАВЯН

Есть народы, которые пытаются жестко сохранять свои обычаи во всем, они не меняют их во времени, и в этом жестком следовании обычаям видят свое самоотождествление с предками. У таких народов уступки и нововведения недопустимы (например, североамериканские

Стр. 122

индейцы). Есть народы, которые допускают всяческие перемены во многом, но жестко удерживают некоторые обычаи, которые, как они считают, позволяют им сохранять связь с прошлым, быть наследниками предков (евреи). Такие народы, охраняя наследие, прячут свои обычаи от непосвященных или охраняют стенами своих религиозных верований. Нередко национальность почти подразумевает религиозную конфессию. Например, в России еврей является обычно и иудеем по вере, а русский — чаще всего, православный. Однако есть и гибкие народы, которым, во имя выживания, не слишком жаль большинства своих обычаев и привычек.

Славяне с относительной легкостью, во время своего великого расселения, изменяли свои верования, уклад жизни, политическое устройство. Они образовывали союзы с соседними неславянскими племенами, предпочитая лучше подлаживаться под них, чем воевать с ними на истребление, разрывали старые племенные связи с соплеменниками и организовывали новые общины с соседями. В. В. Седов, анализируя различные точки зрения на летописные племена, приходит к выводу, что еще до сложения древнерусского государства союзы славян были уже политическими, а не этническими образованиями [101,285, 286]. При таком подходе родственные племена, говорившие на славянском языке, нередко могли оказаться в стане врагов нового союза. Такие «союзные племена» получали свои наименования по занятым территориям (полабы, гаволяне, моравы, седлечане и проч.) или даже по другим племенам, с которыми вначале союзничали, подражали им, а затем ассимилировали их. Так, славяне-македонцы — этноним греческого происхождения, а славяне-болгары — тюркского. В Западнославянской языковой области в эпоху средневековья было множество племен, из которых лишь немногие сохранили этническую самостоятельность (поляки, чехи, словаки и сербы). Некоторые немецкие земли и сейчас имеют в составе своего этноса до 80% славян, говорящих по-немецки. Можно с уверенностью сказать, что хваленая фашистская «белокурая бестия», если поскоблить ее происхождение, окажется просто балтийским славянином с онемеченной славянской фамилией (Роте-нау, Бюлов, Клаузевиц). Ведь именно славян в древности соседи характеризовали белыми волосами в молодости и лысинами к старости. Так, название Померания оказывается искаженным Поморянием или иначе Поморьем. А Силезия происходит от славянского названия реки Сленза. Жили славяне и в бассейнах рек Одры (Одер), Лабы, Вислы и на островах Балтийского моря. Город Цербст (Сербст) в своем названии восходит к жившим здесь некогда сербам. Так что насколько Ан-гальт-Цербская принцесса, ставшая русской императрицей Екатериной II, являлась чистокровной немкой, это еще вопрос.

Стр. 123

Славянская покладистость и любовь к подражанию часто доводила многие славянские племена до исторического беспамятства и забвения своих корней.

Анты — название славянского племенного союза, видимо, самими славянами не употреблявшееся. Археологи связывают антов с черняховской культурой III—V веков пахотных славян на Украине. Это восточно-балканские, дунайские и днепровские племена первые, испытавшие давление степи в VI веке. Именно поэтому многие исследователи видят тюркские (аварские) начала в этом имени (монгольское and, anda — «побратим», «присяга», «клятва»). И в этом есть смысл, так как в борьбе с Византией славянские («Союз семи дунайских племен» 679 г.) и аварские племена часто объединялись. На территорию этих племен вторглись тюрки-кочевники булгары, подчинили славян и образовали ханство, которое принялось воевать с Византией. В 860 г. хан Аспарух нанес крупное поражение Византии и образовал государство—Болгарию. Болгарами стали именоваться все подданные. Вскоре под влиянием развитой славяно-византийской культуры тюркский этнический элемент был ассимилирован славянским.

С другой стороны, имеется индоевропейское слово anta — «конец», «край», которое имеет полное позднейшее семантическое совпадение с названием этой территории — «Украина». И понятно, о каком конце идет речь — это граница леса и степи, и граница разных, совсем не схожих, этносов.

Геродот различал «царских» скифов и скифов-пахарей. Первые, как установлено, были скотоводами, иранцами по происхождению и языку, а вторые — славянами. Но славянская верхушка настолько подражала в одежде и культуре своим южным соседям, что их тоже называли скифами. Позднее, когда в Европу нагрянули готы, западные славяне поладили и с ними, переняв некоторые их обычаи.

3. НАРОДЫ ВОКРУГ БАЛТИКИ И В ЦЕНТРАЛЬНОЙ РОССИИ

До нас дошло много названий славянских племен, но разобраться с этнографией оказывается довольно сложно. Именем кривичи бапты и ливы назвали всех русских. Как в славянских языках, так и в родственных балтийских (например, литовский) основа имени имеет значение «кривой» или «левый», но может происходить и от имени верховного жреца древних пруссов — Krive. Но то и другое может неожиданно оказаться связанным.

Балты жили на данных территориях с III-II тыс до н.э. Их ареал до середины I-го тыс. до н.э. был значительно шире нынешнего. Есть литовское слово baltas — белый, однако есть и другое значение — bait — «пояс». Такой смысл мог относиться, как к волосам белокурого этноса, так и к болотам, и стоячим водам, на которых балты жили.

Стр. 124

Балтские племена разных названий жили от Оки, через Орловскую область и Подмосковье, до Пруссии и Чехии, а центром было, видимо болотистое Полесье [101,285,286]. В частности голинды или голядь, мар-команны. Часть племен байтов ассимилировали славяне, часть была уничтожена немцами в XIII веке, а часть слилась в прибалтийские народы — латыши, литовцы. Литовцев образовали в основном два племени — же-майте (жмудь) иаукштайте, а также часть судавов (ятвягов). Латыши собрались из латгалов, ливов и еще из 5-6 племен.

Финно-угры и самодийцы — это представители уральских народов, которые начали интенсивно заселять северную часть Прибалтики в начале l-го тыс. до н.э., чуть ранее славян. Скандинавское название финнов происходит от слова «находить», со смыслом «охотиться». Самоназвание суоми (suomi)—собственно финны (на др. русском — сумь) произошло от слова — «болото» и от саамского слова «чуолбма» — «рыбья кожа». Финны носили одежду из выделанной рыбьей кожи.

Кроме финнов на Балтике, Приладожье и Кольском полуострове проживали и другие финнские племена—ливы, водь, ижора, весь (вепсы), корела, лопь и др. Названные племена были широко распространены между Волховом и Свирью, у Онежского и Белого озер, на Карельском перешейке. Причем племя корелы — аборигены, наиболее древний особый этнос, который сложился здесь еще на основе неолитических племен. А современные карелы сложились из трех этнографических групп. Двигаясь на север, они заселили Карельский перешеек в VIII веке, а достигли Северного Ледовитого океана в XIII веке. С 1149 года корела входит в состав Русского государства.

Племена пермских народов (удмурты, коми, пермь, зыряне, мордовские племена эрзя и мокша) славяне теснили из района Ярославля на север. В Поволжье жило много и других угро-финских народов. Мещера и мурома были племенами близкими к мадьярам. В русских летописях различаются угры черные (венгры) и угры белые (хазары либо гунны). ВIV-VI вв. мадьяры (венгры) жили на Кубани и были соседями и союзниками булгар, потом двинулись вместе с ними в Европу. Обских угров русские называли югрой, а низовье Оби — Югорской землей. Так что был ли Илья Муромец славянином это еще вопрос [288].

Тех, кто интересуется исследованиями славянских древностей, можно отослать, например, к работам академика Рыбакова.

4. РУСЬ — «ВИНЕГРЕТ» НАРОДОВ

Итак, русский человек появился, сложившись из народов представлявших три большие языковые группы — славянскую, балтийскую и уральскую [288]. Если первые две языковые группы являются род-

Стр. 125

ственными, восходя к общему индоиранскому языку, то уральская составлена из более разнородных языковых семей, не родственных первой группе. Тут и огузо-кипчакские (половецкий), ногайский и башкирский языки. Так русское слово «казак», как и этноним «казах», восходит к тюркскому слову gazag, которое означает «бродяга», «вольный человек». Как мы упоминали, на Кубани ранее жили мадьяры. А ведь ныне мы более склонны считать казаков русскими и до сих пор не спешим признать их этнической особенности. Башкиры — это этноним тюркского народа и происходит от тюркского слова, означающего «свояк, свойственник».

Например, цветовая символика в названиях рек, морей, болот, озер, гор, народностей, ветров принесена в Россию кочевыми народами из Китая — гуннами, монголами, тюрками, аварами. Страны света в этой системе имеют цветовые характеристики — черный, белый, красный и желтый (синий). То что западнее — то белое, что севернее — то черное, что южнее-—то красное, а то что на восток—желтое или голубое, или зеленое. Названия Белая, Черная и Червонная Русь скорее всего возникли в татарской среде и отсюда заимствованы русскими. Но в Китае эти названия связаны с образной схоластической цветовой системой, а в России это не более чем очередное временное заимствование. С 1480 года, когда Русь освободилась от дани татарам, термин «белый» стал употребляться в значении «вольный». Впрочем, в близком значении, слово «белый» в значении «некрещеный» известно у славян еще с X века. «Белый», «набело» известно в значении «завершенный», «окончательный», в отличие от «черного» — «временного», «пробного».

Древнерусское название половцев — сарачины (позже сарацины)

— это от тюркского этнонима сэры—желтый. Отсюда И.Г. Добродомов (1979) находит объяснение имени Соловей-разбойник через первоначальное Соловый разбойник. Соловый и половый на древнем русском это — желто-серый. А половцы названы русскими так по их цвету кожи

— половому. Кстати, такого же солового цвета оперение у известной певчей птицы соловья.

5.ТАИНСТВЕННОЕ СЛОВО «РУСЬ»

В середине IX века как восточные славяне, так и европейцы хорошо знали о скандинавском происхождении русое (варягов) и отличали их от славян. Отличали их и византийцы, а вот арабы, естественно, их плохо дифференцировали. С другой стороны, есть исследования, в которых утверждается, что славяне восприняли термин «русь» не от самих шведов, а позаимствовали от прибалтов. Те называли так всех выход-

Стр. 126

цев со стороны Балтики, шведов, германцев и славян. Интересно в этой связи, что древнеисландское название Руси «Гардарики», часто переводится как страна городов, но доказано [172], что это поздняя форма, и до XII века употреблялась форма Гардар. Этимология этого слова скандинавская и означала она «двор, усадьба, хутор». Но усадебный характер поселений более характерен для балтских племен.

Гипотезы о северном, западнофинском происхождении этнонима «русь» лингвистически наиболее обоснованы и убедительны. Если оперировать конкретными фактами, а не общеисторическими аргументами и толкованиями исторических текстов, то ясно следующее:

  1. Лингвистический анализ структуры слова «русь» свидетельствует, что этот этноним стоит в ряду иноязычных этнонимов. Похожих слов много у балтов, финнов и скандинавов. То есть это слово организовано как присвоенный иноязычный термин.
  2. Среди названий, по структуре это слово тяготеет к северным территориям, населенным финскими и балтскими народами. В самом деле, в древнерусском языке «русь» относится к типу собирательных названий народов, сделанных в форме женского рода единственного числа. Более того, такие названия с мягким окончанием на -ь характерны для невоинственных народов, рассредоточенных в лесной зоне, в ареале обитания угро-финнов и балтов. Например: весь, ямь (емь), пермь, корсь, жмудь, либь. Кстати, от этих собирательных имен трудно образовать как единственное число, так и множественное, и это, видимо, одна из причин, почему обозначения человека русской национальности до сих пор существует в форме прилагательного — русский. В древнерусском языке единственное число для собирательных имен, обозначающих чужеродные народы, образовывалось с помощью окончание на -ин (чудин, мордвин, литвин). Была в древности и такая форма как русин. Русины — так называют, в отличие от румын, славянский народ Галиции.
  3. Совсем другую группу составляют иноязычные этнонимы народов южных степных областей. Это названия во множественном числе и мужского рода, с окончаниями на -ы и -и. Этими формами в языке подчеркивается как агрессивность, так и сплоченность и массовость этих племен. Например: хазары, болгары, косоги, ясы, и другие.
  4. Совершенно по иному образуются названия родственных славянских племен, то есть «своих». Эти названия образуются тоже от мужского рода множественного числа, но с совершенно другими окончаниями. Общий характер славянской связи организуется с окончанием множественного на -ени (-ане) (ружане, поляне, древляне), а единственного -енин (-анин) (славянин). Другая старая форма славянских этнонимов с окончанием на -ичи (дреговичи, радимичи, уличи и пр.).

Стр. 127

Это именование, подчеркивает тесную родовую близость славянских племен. Например, и поныне второе русское имя — отчество, организуется с окончанием на -ич. Это окончание часто встречается среди славянских фамилий не только в России, но и в Белоруссии, на славянских Балканах, в Польше, в Германии, в Болгарии и пр. (Игнатович (белорус.), Милорадович (серб.), Клаузевич (прусс.).

Кстати, лингвисты, как факт, дающий повод для сомнений в подлинности «Слова о полку Игореве», заметили в нем употребление необычной для того времени формы — «русичи». Были тогда кривичи, радимичи и вятичи, но среди славянских племен «русичей» никто не называл! Во-первых, по тогдашним формальным правилам, это слово никак не может быть множественным числом от слова «русь». Во-вторых, по тем же древнерусским правилам единственное число от него должно быть «рус-итин» (но не «русин»!), чего тоже нигде не встречалось! Да и Летопись (944г.) определенно различает «русь» от остальных, в том числе и от славянских племен: «Игорь же совкупивъ вой многи. Варяги (и) Русь и Поляны и Словени…».

Хочется подчеркнуть, что в вопросе, связанном со «Словом о полку Игореве», все может стать на свои места, только если принять, что «русичи» — не этноним, а знаменательная метафора! Так, если в Киеве все знали, что русь — это знаменитый храбростью народ, выходцы с севера, но не обязательно славяне, а и варяги, то употребление по отношению к ним прозвания «русичи» могло быть знаком демонстративного пород-нения! Ведь и сам Игорь не славянин (и имя не славянское), но воевал на юге со степняками, за славянские интересы, воевал во главе дружины этнически гораздо более близкой славянам, чем степняки, и самое главное — воевал тогда, когда родственные славянские дружины уклонились от помощи. Назвав его рать «русичами», автор, возможно, побуждал читателя почувствовать огромный скрытый подтекст, когда чужаки поступали роднее родственных славянских племен. Этим была усилена трагическая горечь ситуации.

Г. А. Хабургаев помещает термин «русь» как относящийся к людям северо-западного лесного пространства [306]. Эта диалектно-этнографическая группа поселенцев включала как старинное местное население балтов и финнов, так и закрепившихся здесь восточных славян, западных славян и выходцев из Скандинавии. Главной осью здесь была ось Ладога-Новгород-Псков. Основным языком общения этнически разных племен был диалект славянского. Крещение (православная христианизация) усиливало позиции славянского языка, и политически было выгоднее власти именно на полиэтническом севере, чем на юге, более моноэтническом, славянском, но раздираемом разногласиями. Название «русь» вначале закрепилось за народом южного Приладо-

Стр. 128

жья, бассейна Волхова. Здесь же были основаны элементы единения племен. Тогда становится понятно, почему первым объединяющим центром древней Руси стала ось Ладога-Новгород.

Потомков норманских переселенцев здешние финны давно звали «Ruotsi». Ни постепенное пополнение территории славянским населением, ни смена языка переселенцев со старошведского на славянский (оба чужие для финнов) не могли послужить поводом для смены названия, данного пришельцам. Не могли послужить поводом еще и потому, что люди со славянской речью прибывали и со стороны Балтийского моря — оттуда же, откуда и скандинавы. На южном побережье и островах Балтийского моря в те времена было много западнославянских племен. Был остров Рюген, населенный «русами». Его немецкие источники называют Русью и после полного исчезновения «русов» с острова в XIV веке. На побережье Балтики жили раны (прибалтийские русины), рушане и руги. Вроде не похожие имена? Но немцы в источниках IX-X веков так называют и киевских русов. На основании изучения Бертинских анналов (839 г.) И. П. Шасколь-ский делает вывод, что в государствах Европы (германцы) и в Византии отличали жителей страны Рос (Русь) от норманнов [318]. Однако «прибалтийская» гипотеза не единственная. Так, М. Н. Тихомиров прочно уверен, что «Русь» — древнее прозвище Киевской земли.

Название «Русь» распространилось постепенно и на племена славян, подчинившихся новому союзу племен. При смешении и подключении к союзу они теряли свои самоназвания становясь частью пестрого объединения «руси». Возможно, уже имевшимся общим термином «русь» стали называть любой другой территориально-политический конгломерат племен под эгидой славян. Отождествление разных «русов» происходило не в славянской среде, а их соседями и европейцами. Тогда становится ясно, что такое Киевская Русь или Новгородская и степень их различения. Это слово, ныне близкое по смыслу к словам славянская конфедерация и федерация. Кстати, первоначально титул, который носил киевский вождь этого объединения, был не князь, а каган (или ха-кан). Этот титул был тоже заимствован, но в данном случае у хазар, южных соседей Киевской Руси.

6. ОТКУДА ЕСТЬ ПОШЛА…

Если, здраво размышляя, откинуть мнение о чисто славянском составе союза племен будущей Руси, то легендарная летописная история становится более понятной. Именно смешанный славяно-финно-балт-ский союз племен мог вполне управляться пришлыми князьями на договорных началах, так как еще не представлял собой единой этнической единицы. Вожди разных племен мудро избежали споров и пред-

Стр. 129

взятости, решив, что пусть верховная власть не достанется ни вашим, ни нашим, а правит некто со стороны. Хоть со стороны, да не совсем чужой, а человек, знающий образ жизни местных племен. Приглашенная группа управителей (начальник с дружиной) имела этно-социаль-ное название «русь» и знала славянский язык. Чуть позже, смешавшись с аристократией (в том числе и славянской) варяги могли создать местную династию военно-торговых управляющих князей. Впрочем, в спорах о действительной роли легендарных конунгов и варягов, до сих пор согласия нет [240,290, 306].

Вся эта этническая мешанина «прозвашася русью», в процессе усиливающейся славянизации в X веке, здесь, на Севере, в Прила-дожье, образовала уже одноименное политическое образование — Русь — русское государство. Вначале около Прибалтики, где возник этот конгломерат, наряду со славянским языком, возможно, употреблялся и шведский язык, равно как и скандинаво-славянские имена. Среди находок в Старой Ладоге много предметов со скандинавской символикой, а также со всех концов мира. Старую Ладогу называют первой столицей Руси, ведь она была основана еще в VIII веке и до развития Великого Новгорода удерживала первенство. Странно, но никто не задавался вопросом — почему славян так тянуло жить на Севере в этих местах? Что представляло интерес и выгоду? Очевидно, что влекли не выгоды в ведении сельского хозяйства. Во-первых, богатство древнего Севера было в пушном звере, рыбе, меде, прочем природном изобилии продуктов, что можно собирать, потреблять и продавать. Во-вторых, по рекам и озерам, служившим дорогами и сходившимся здесь, можно попасть к двум богатым торговым регионам. Первый путь «из варяг — в греки» — в Черное море, к Византии и Средиземноморским странам. Вторым путем — к Каспию и далее к Индии или к Китаю. Торговля добытым охотой и собирательством и грабеж купцов — вот что привлекало к этим землям, как варягов, так и славян! В поисках выгодных пунктов контроля пути «из варяг — в греки», команды (дружины) скандинавов, спустившись по рекам на уровень Поднепровья, оказались в более славянской среде. Эта среда была этнически более единой, и потому более благодатной, для создания сильной, непротиворечивой политической власти, чем полиэтнический Север. Дальнейшая история Поднепровья — это уже история создания альтернативного центра торговли и власти — Киева.

И все-таки этнические проблемы, которые у многих народов тормозили их развитие, не могли быть помехой на Руси, которая и возникла как форма полиэтнического государства, где во главу угла сразу было поставлено политическое, а не этническое насилие. Совсем не так было на французской, английской или германской землях,

Стр. 130

где идеи этнической розни или превосходства еще очень долго были руководством к началу войн на уничтожение.

Стоит отметить, что какая бы гипотеза происхождения названия «Русь» не исповедовалась (Западная, Прибалтийская или «Южная») все сходятся на том, что объединение племен носило не этнический, племенной, а политический характер. С другой стороны, «южная», славянофильская гипотеза, которая производит «Русскую землю» прямо в Киеве от славянского племени руссов, живших на Днепре, не подкрепляется ни археологически, ни лингвистически, ни этнически, вообще никакими источниками. В то время, как на севере есть все то, чего недостает «южной» гипотезе — племена, археология, город Старая Русса и одноименная река. Этноним «Русь» не выяснен, но все лингвисты согласны, что он не славянский. Но с кем мы имеем дело на юге? На юге соседями славян были сарматы, аланы, хазары и тюрки. Искали корни слова у них. Тюркским языкам вообще не свойственно начальное «р». Остаются иранцы, гунны или готы. Тут чаще склоняются к древним индоиранским сближениям, но такие размышления затруднены еще более зыбкими аргументами [290].

Итак, наша страна именуется Русью сХ века, а Великой Русью зовется с XIV века. Смена названия страны с Руси на Русию произошла в XVI веке, под византийским влиянием, вместе с появлением царского титула. Это название поменялось на Россию при Алексее Михайловиче, в 1654 году. В 2004 году минуло 350 лет этому названию страны.

Однако, если процессы централизации и усиления власти в Руси-России нарастают, то нарастает и этническое обособление связанных государством народов. С началом XI века распадается на феодальные княжества единая Киевская Русь. Затем с XIV века начинается обособление восточнославянских народностей (украинцы, белоруссы, русские), и в конце XVII столетия они уже достигают этнографической обособленности. К началу XX века многие братья-славяне уже тяготятся общим государством, и к концу ХХвека, большинство при первой же возможности с энтузиазмом объявляют себя нациями и разбегаются. А Россия при этом все равно осталась полиэтническим государством.

Замена корня рус- в названии страны на корень рос- произошла, как считается, также под западным влиянием. В западных источниках русских чаще называли людьми народа Rhos (рос-). В средневековых западных источниках с XI века повсюду употребляются названия Russia, Ruscia, Ruzzia, реже Ruthenia. Арабские же источники с IX по XI век и позднее называют страну Rusiya, а ее народ — Rus, всегда с долгим — «у». В Сирийской хронике Псевдо-Захарии VI века тоже фиксируется рус-

Впервые имя Россия появляется в середине X века у Константина Багрянородного. Оно образовано по схеме названий стран на латинс-

Стр. 131

кий и греческий манер с окончанием на -/а. Кстати, в Византии различали «Ближнюю» и «Дальнюю» Россию. Первая — от Черного моря до Киева (Украина и Таврида), вторая — от Киева до Новгорода. Кстати, древнерусское название «ближней Руси» как оукраины (пограничная местность) стало употребляться с 1189 г., а с начала XIII века У крайней все чаще стали называть Киевские и Переяславские земли.

Памятники XI-XIV вв. употребляют название Русь, русин, Русская земля. Византийский вариант Рос-Россия еще долго остается чуждым русскому языку. Увлечение классицизмом и политически намеренное пе-реиначивание происхождения русских в XV-XVI веках привело к употреблению новой формы — Россия, Росея. Мы приняли Византийские гербы, а Иван Грозный возводил свою родословную к римским Цезарям. Если не принимать всерьез формальные доводы династического родства через византийских императоров, то это было самозван-чеством, столь распространенным в России. В 1591 г. митрополит киевский и галицкий Михаил Рогова, стал именоваться «архиепископ всея России», в то время как его предшественник писал «всея Руси».

В первой половине XVII века окончательно утвердилась византийская форма — Россия, росс, росский. Но к началу XIX столетия формы росс и росский уже ощущались архаикой. Начиная с конца XVIII столетия поляки стали отличать русских (rosyanin) от украинцев и белоруссов (rus, rusin, ruski).

Так, благодаря разнообразным иноземным влияниям установилась современная запутанная двойственная терминология. С одной стороны русские, с другой россияне.

7. НАША ДРЕВНЯЯ ТРАДИЦИЯ

Сейчас мы гордимся своим православием и говорим, что целую тысячу лет преданы ему. Так совпало, что наша писаная история и наша государственность имеют примерно тот же возраст. Но показательно, что все наши самые древние письменные источники, описывающие нашу прежнюю историю, датируются веком XII-XIII, да и те известны лишь в виде более поздних копий. А ведь уже с Vlll-ro века стоят Ладога, Хольмгард (Изборск), Псков, но то, что там происходило, описывается Нестором четыреста лет спустя, только в XII веке! Кроме того, все эти источники церковные. Был, правда, один светский памятник языческой Руси — это «Слово о полку Игореве». И хотя большинство исследователей говорят о подлинности этого произведения, но нам оно известно лишь с конца XVIII века и в виде всего двух копий, а оригинал сгорел в Москве в 1812 году. Более того, на него никто в древней писаной истории не ссылается, как на осталь-

Стр. 132

ные древние произведения. Оно возникло как бы ниоткуда. Есть, правда, один объясняющий аргумент — это произведение не летописное, не историческое, а художественное, пусть даже написанное по историческим фактам. А кто ж будет ссылаться на романы? Ведь не ссылаются историки на роман Толстого «Война и мир», как на источник.

До XIX века мы вообще почти ничего не могли добавить к писаной истории дохристианского периода Руси. Однако успехи археологии приоткрыли нам эту завесу. Оказалось, что местные славяне неоднократно меняли свои языческие верования. Это можно определить по характеру захоронений. Славяне сами некогда пришли на эти земли и потеснили жившие здесь племена. Любопытно, что топор и конская узда — это одни из 4-х обязательных предметов славянского захоронения времен миграции славянских племен. А до них здесь (под Москвой) жили разные племена, в том числе древнейшие, с дравидскими признаками, отличавшиеся небольшим ростом. Местные северные племена саамов, «меря» и «веся» не уничтожались пришельцами, так как не были конкурентами славянам, занимая иную «экологическую нишу». Хотя славяне тоже занимались охотой и собирательством, но в отличие от коренных жителей, склонялись в основном к земледелию. В отличие от одиноких землянок и «усадеб» аборигенов, славяне обычно жили общинно — селами и «городами». Кстати, этот семейный уклад проживания балтов, позднее, перерос в хуторной характер их проживания. Пришедшие на север славяне образовывали с местным населением союзы и жили мирно. На севере с угро-финскими «аборигенами», коми и вепсами, велась меновая торговля, заключались смешанные браки.

8. РУССКИЕ — НАДНАЦИОНАЛЬНАЯ ОБЩНОСТЬ

Образовавшаяся в результате разных смешений нация объединялась не на основании этнической или религиозной близости включенных в нее народов, а более территориально и политически. Именно поэтому, исторически, слово «русские» является прилагательным к слову «люди». Это был не частный союз кривичей с варягами, вятичей с коми или эстов с пермяками—это более общий союз—русские люди. Русское государство оформило эту общность политическим союзом, и поэтому исторически никогда не было этнически избирательным и не стремилось к мононациональному составу. В этом, пожалуй, основное отличие процессов формирования Киевской Руси и России от многих государств Европы. Может быть, именно поэтому у нас, русских, не оказалось глубокой писаной истории. Если русские не совсем славяне (а иногда и совсем не славяне), то нельзя рассказывать частную племен-

Стр. 133

ную историю как историю государства. С другой стороны, отсутствие у России, как целого, единой этнографической истории позволило при наследовании культуры от Греции и Византии, подавать Россию как ее продолжение, как «третий Рим». Именно поэтому в русских летописях говорят о «начале земли русской», которая практически совпадает с государственной историей. В «Повести временных лет» даже год проставлен — «В лето 6362» (854). В Устюжской летописи — 6360 и добавлены знаменательные слова: «Иже живаху каждо с родом своим на своих странах». Поэтому понятно, почему летописец не вскрывает отношений славян со скифами, не увлекается древней докиевской историей, вскользь говорит об частной истории славян, и начинает прямо с севера, с варягов и Ладоги, с политических событий. Более того, осознать эту новую, внеплеменную общность стало возможным только спустя время. К XII веку летописец понимает, что история России, нетождественна племенной истории славян и не является ее прямым продолжением. Даже Киевская Русь гораздо ближе к этническому собранию славянских княжеств, а Россия (Русская земля) — это новое, более сложное государственное образование, включившее северные и восточные края, населенные разными народами и этнически и культурно это не вполне славянское государство [306]. Россия является такой же наследницей этнических символов и культуры славян, как и культуры Византии. Она возникла как наследница, с одной стороны, союза языческих княжеств, самостоятельность которых была окончательно уничтожена в XIII в., с другой — погибающей православной Византии. И какое из этих начал является в ней главенствующим совсем не очевидно. Походы чингизидов отрезали южных славян от смешанных племен севера. Этническое и политическое влияние Киевской Руси ослабло, а культурное, как часто бывает, напротив, усилилось эмиграцией образованной элиты на свободный север. Тот же процесс можно видеть и в отношениях Московии с Византией. И как следствие, под влиянием этих перемен, экологического, этнического и культурного характера, именно с XIV века мы уже видим возросшие изменения в языковых структурах русского языка.

Летописное начало Руси практически было призвано описать историю появления, кроме политической, еще одной общности — православия и славянской письменности. Летописцы были монахами, и это объясняет их глубокое неприятие дохристианского периода, не связанного с процессами крещения. И если есть упоминания, то это упоминание борьбы с язычеством и победы христианства.

Конечно, массовый этнический костяк этого нового народа составили славяне, во всяком случае, в культурном и языковом отношении мы видим такую преемственность. Вот это и сбивает с толку многих. Нечто

Стр. 134

сходное мы видим и в современной Болгарии, где славянские начала в языке и культуре преобладают над присутствующими этническими тюркскими. На этом основании некоторые из украинцев, считающих себя прямыми потомками Киевской Руси, кричат, что россияне украли у них право культурного первородства и до сих пор называют русских, не русскими, а москалями. Многие простые русские люди уверены, что их, до того чистую славянскую кровь, попортили «татары». На деле же в нас, русских, не было ничего этнически чистого и до татар. Так, слово «изба» — германского происхождения, а название города Москва — угро-финского. Впрочем, большинство русских генетически остаются, хотя бы наполовину, славянами. Тут стоит заметить, что за многовековую историю России, всякому метису было выгоднее, в правовом отношении, заявлять, что он русский. Тем не менее, мы до сих пор видим очень пеструю картину коренных народностей. По этническим исследованиям 1897 года, в большинстве центральных губерний и районов, русские составляют большинство (обычно не менее 80%), остальное — местные народности и немцы. Особенно много немцев было в Поволжье и на юге. Они начали селиться на Оке, около Нижнего Новгорода еще в XVI веке. Мало кто теперь знает, что, например, в Крыму, в конце XIX века, их было до 6-8% населения. У Гитлера даже были планы, этнически вычистив Крым, присоединить его к рейху! Но на периферии, к северу, югу и востоку русское население может иметь более скромный процент. Но даже там, где этот процент на бумаге высок, реальность может быть не такова. В цивилизации городов малые этнические различия многих перестают интересовать и история родов утрачивается настолько, что многие не помнят даже имен своих дедов. Поэтому все городские эрзя, пермяки, марийцы, коми и другие разноплеменные народности давно записали в паспорт, что они русские, тем более, что по языку, вере, фамилиям, именам и отчествам они давно неотличимы от русских. Ведь простой человек обычно может заметить лишь слишком грубые признаки монголоидной расы — раскосые глаза и выдающиеся скулы. В результате наш обыватель обычно делит всех россиян только на две части — «татар» и «русских», да и то, скорее, по религиозному признаку. А если монголоидные признаки не выражены, то прочитать другие следы какой-либо национальности на особенностях внешнего вида современного «русского» может только опытный антрополог.

Итак, «русский» — это не всегда славянин, а если и славянин, то, обычно, этнически не чистый, гибридный потомок. Тех, кому очень важно покричать «Гей, славяне!», это, наверно, расстроит. Нам же это необходимо знать вовсе не из политических или этнографических целей. Нас интересует вопрос формирования национального характера.

Стр. 135

Но есть ли у гибрида национальный характер, если он не отождествляет себя с определенным народом? Если в человеке много всякой «крови», то последнее, за что он может ухватиться, это его язык и детство.

То есть обычаи и религия того места, где он вырос и возмужал. В обычаях, религии и языке собрано все, что требуется человеку для отождествления себя с тем народом, среди которого он живет. В особенности если его внешность не сильно отличается от окружающих (например, не негр и не китаец, не жгучий брюнет и не пигмей). А через поколение останется и вовсе что-нибудь странное — только прозвища или фамилии предков. Так, фамилии Шереметьевых да Голицыных восходят к татарам, а Фонвизиных — к немцам. Ведь Пушкин, хоть и имеет славных славянских предков, но имеет и африканских. Ну, кто посмеет назвать Пушкина не русским человеком? История многих родов в России говорит о том, что русский уже тот, кто вырос у нас и думает по-русски. На этом фоне даже изменение религиозного предпочтения не способно настолько повлиять, чтобы кардинально изменить черты характера русского человека. Этот же фактор действовал на протяжении всей русской истории, сплавляя разные племена в русскую нацию. Впрочем, как показали многие философы, в том числе и В. Соловьев [271, 272], православие в России, в силу многих причин, выступило в качестве одной из консолидирующих нацию характеристик. Просто первое (язык и история) выступает как необходимое условие, а с прибавлением православия, как окончательно достаточное условие для того, чтобы считать данного человека полноценно русским. Возникает вопрос, насколько существенным является ущерб, наносимый атеизмом, протестантизмом и католичеством и пр., для русского национального характера? Если со сменой религии (как и с ее «отменой» — атеизмом) привносится значительное изменение культурных ориентиров и перемена восприятия прошлого, то следует признать, что да. Вспомним хотя бы потерю исторического прошлого, в связи с принятием на Руси православия, или те разрушения в чертах народа, что нанесли воинствующие атеисты в советское время. Это следует понимать, если мы преследуем цель стабилизации имеющегося русского начала, если считаем его ценностью. Если же нет, то пустовать это место не может, и на нем утвердится альтернативное начало, а вместе с ним придет и иной язык. Но может ли уничтожение любой развитой культуры считаться прогрессом и развитием? Так, размышляя мы приходим к тому, что мы обязаны сопротивляться агрессии в отношении всех трех компонентов, какую бы толерантность к чужому нам не внушали. Этот вывод справедлив не только для русского, но для человека любого иного народа. Если фамилия и гены — это все, что осталось от связи человека со своей исторической родиной, то такого человека нельзя назвать именем его страны. Одна-

Стр. 136

ко если он думает на языке этой страны, то генотипические характеристики выступают лишь как индивидуальная окраска общего. И это гораздо более справедливо для русского, чем для европейца. Дело в том, что условия жизни в России иные, чем в других странах, а грамматика русского языка очень сильно отличается от подавляющего большинства языков. Рассмотрению этих особенностей будут посвящены следующие главы. Для нас возможность потери идентификации актуальнее, потому что Россия исторически не моноэтническое государство, и поэтому мы всегда были склонны подражать разным народам, «влюбляясь» в их черты, копируя одежды, образ власти или обычаи. Подытоживая, можно утверждать, что, в отличие от большинства стран, этнические особенности русских не столь влиятельны для формирования различий в национальном характере. Также, как и в древности, самым влиятельным фактором, объединяющим нас, является не племенное са-моотождествление, а язык. В подтверждение этой мысли мы можем вспомнить, что в западноевропейских странах до сих пор сильны местные особенности традиций и поведения, противопоставляющие жителей данной провинции остальным. Дело в том, что многие области, ныне входящие в состав одного европейского государства, ранее были более или менее независимыми княжествами или герцогствами, часто имевшими свои языки. Например, во Франции держатся своих традиций гасконцы и норманы. В Германии — баварцы, пруссаки и силезцы. В Англии

— валлийцы и шотландцы. В Италии — сицилийцы, римляне и миланцы. Во многих случаях эти области говорят на диалектах, существенно отличающихся от государственного эталона. Этот перечень можно расширять. В России же былые княжеские распри давно забыты, и рязанцы, например, уже несколько столетий, как не противопоставляют себя новгородцам или вологжанам. Не говоря уже о том, что в их языках не было и нет существенных различий. Исключение, в смысле противопоставления, составляют лишь казаки. Однако их противопоставление по природе не столько этническое, сколько социальное. Составившись из разного беглого народа, они и не могли предъявлять этнические претензии. В царское время эту вольницу попытались оформить в качестве социального слоя. И в недавнем прошлом, они представляли из себя что-то вроде свободной пахотной кавалерии, с особыми социальными привилегиями. В частности, из них набирался конвой Его Величества. Более того, одежда Терских казаков заимствована у народов Кавказа, а Донских — у украинского, но эта важная для многих народов этнографическая деталь не проводит между ними той разделительной черты, которую можно было бы предполагать. Напротив, есть более мощное объединяющее начало

— употребление русского языка. Поэтому названные как исключение, они не зачеркивают высказанной мысли.

Стр. 137

9. ЭЛЕМЕНТЫ ЗАБЫТОЙ ИСТОРИИ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН

Наиболее определенные, зримые факты перемен дает нам археология. Многое о былых верованиях и обычаях народа можно узнать из характера захоронений. Если последовательно уходить в глубь веков, то виды захоронений изменялись следующим образом. Непосредственно перед принятием христианства, верования и похоронные обряды славян напоминали соответствующие греческие. То есть труп сжигали, а прах собирали в урну. Глубоки были торговые связи славян с греками, населявшими колонии по берегу Черного (Русского) моря. В могилах скифов-пахарей находят много предметов греческого происхождения или подражательных греческим. Если вспомнить чуть более позднюю прикаспийскую среднеазиатскую Парфию и империи Селевкидов, то можно говорить о «космичности», универсальности греческого стандарта и вкуса для многих народов в пору греческого влияния. С началом первого тысячелетия н.э., вслед за греческим влиянием пришло очень сходное с ним, не отрицающее его — влияние римское, а затем и наследующее греческое и римское — византийское влияние. В русских летописях осталось воспоминание о благоприятных «трояновых веках» — II—IV н.э., когда славяне богатели на римских хлебных заказах и под римской защитой. Склонные строить поселения, укрепленные фортификацией, южные славяне смогли в эти века расслабиться. На открытых пространствах появились богатые села, без рвов и бревенчатого частокола. Археологи считают, что именно к этому времени относится так называемый Черняховский культурный слой. Постоянными историческими греческими связями можно объяснить и религиозную преемственность — ведь восточные славяне приняли «греческий вариант» христианства — православие — от Византии.

Незадолго до крещения Руси, в IX-X веках, насаждался новый культ верховного бога. Верховный бог славян того времени — Перун — был аналогом греческого громовержца Зевса, а покойника, соответственно как у греков, сжигали и насыпали над ним курган. Но перед тем, как сжигать покойников и почитать громовержца по греческому обряду, славяне, как выходцы из иранских плоскогорий, подражали зороаст-рийским традициям [36]. Кстати, южными соседями славян были иранские народы. В этих координатах верховным богом славян некогда считался не Перун, а Ярило — бог Солнца, аналог египетского Амона, месопотамского Ашура и иранского Мазды, он же бог огня. Соответствующим был и обряд погребения. Первоначально славяне просто оставляли своих покойников в специально огороженных высоких местах (холмах, башнях), или положенными в выстроенных домовинах, стоящих на столбах. Если посмотреть на это погребальное сооружение в поисках

Стр. 138

исторических аналогов, то это очень похоже на модель свайного поселения времен позднего неолита. Наверно от этих далеких времен в сказках появилась избушка на курьих ножках, живущая в ней Баба-Яга Костяная Нога как воспоминание о «женоуправлемых» сарматских нашествиях VI—IV в. до.н.э.. Под налетами Змея Горыныча зашифрованы наезды степняков, с гулом, криками и в тучах пыли. Как предполагает Рыбаков, прежние зороастрийские обычаи славян, были модифицированы позднее сожжением той же домовины [248]. (Сожженный прах в урнах или без них помещался внутри домовины в VI-XIII вв) Ритуальные костры существовали отдельно и были не для сожжения, а для поминовения, и сохранялись до XIX в. Для кривичей насыпка кургана характерна, а для вятичей нет [238]. Переход от сожжения к трупоположению произошел в основном в X-XI вв.

Славяне в течение исторического периода то сжигали трупы, то хоронили в домовинах. На протяжении сколотско-славянского периода славяне дважды отказывались сжигать покойников. Отказ от сожжения наблюдался за 5 веков до Рождества Христова, затем в II-IV вв у черняховцев и в третий раз в связи с христианством.

Рыбаков тактично замечает, что трупосожжение или отказ от него хронологически совпадает с периодами устойчивых отношений с причерноморскими народами, у которых данный обряд бытовал [4]. В третий раз славяне отказались от трупосожжения, приняв христианство. Однако до XIII века вне городов нет ясных свидетельств о связи с христианским ритуалом погребения. Но как только началась длительная борьба с Византией, обряд сожжения вернулся.

Но кроме этого обряда погребения с домовиной или с сожжением, в глухих местах встречается и еще более древний. Там покойника хоронили без домовины-гроба, и клали в вырытую могилу согнутым как в утробе матери или лежащим на боку, как уснувшего человека. В таком виде хоронили покойников еще неандертальцы. При этом те, кто так хоронил, поклонялись другому верховному богу. Древние верховные божества славян — скотий бог Велес и Род. Род уходит в седую племенную древность. В этих традициях уже слышатся отголоски верований II-I тысячелетия до н.э. — вера в скотообразные божества животноводов, в божества подобные Миносу и богам древнего Алтая. Но от скорченного погребения отказались еще в бронзовом веке. И позднее, в ранние времена пахотного хозяйства, продолжалось и усилилось почитание культа главных кормильцев как кочевого, так и оседлого человека — быка и коня, а также женского божества — Макоши-Роженицы, Мать-сыра-земля (Лады, Лели). При этом бык, коза и прочий мелкий скот считался относящимся к знакам плодородия и воды, и многие из них принадлежали к женскому началу природы. Конь же стоял особняком.

Стр. 139

Он сближался с огнем и солнцем и относился к мужскому началу. Но почитание Велеса, у более поздних славян-язычников, уже считалось глухой полузабытой древностью [18].

Итак, во-первых, мы видим, что наши предки-славяне не раз меняли верования, перед тем как остановили свой выбор на Православии. Разобраться в порядке переименований богов и перемен обычаев очень трудно. Именно в силу конформности культуры славян их история кажется темной и короткой. То быт их племен не отличишь от сарматского, скифского, то от греческого, то от норманнского. Славяне заимствовали сарматские обычаи в III-II в. до.н.э., настолько что их было трудно отличить. В очередной раз позаимствовали у них и погребальный обряд сожжения. То славяне дружат с Хазарским каганатом, то с Византией.

Во-вторых, наша молчаливая славянская история России насчитывает гораздо больше веков, чем об этом пишет летописная православная канва. Недавние археологические открытия, типа Аркаима, внушают надежду о том, что в ней появятся многие интереснейшие страницы.

Любопытно, что каждый раз наши предки что-то заимствовали у исторических соседей, в культуру которых будущие русские «влюблялись». Конечно, этот процесс заимствования можно было бы описать и в других, не эмоциональных терминах. Но прежде всего процессы тяготения, сближения и заимствования невозможны без эмоционального фона влечения и принятия новых норм. Почему эта особенность более характерна для русских, мы уже обсуждали. Исторически объединение племен на территории будущей Руси никогда не носило выраженного национального движения, а было делом политическим. Традиции «влюбчивого» подражания продолжились русскими и в более позднее время.

10. СВЕЖИЕ ИСТОРИИ НАШЕЙ ЛЮБВИ

Итак, только за последнее тысячелетие русские влюблялись: в греков, в византийцев, в персов, в поляков, в немцев, во французов и, наконец, в американцев. Мода на все греко-византийское отражена в нашей литературе, архитектуре, живописи и тканях. После окончательного захвата территории Византии мусульманами, мы, не переменяя веры, подражали в одеждах и образе правления персам и туркам, носили скуфьи, «турские халаты», широкие штаны с поясами и мягкими сапожками с загнутыми носами, в моду вошел восточный орнамент и ковры. Польское нашествие оставило нам польские моды: бритые подбородки, длинные усы, короткие кафтаны, новые шапки с перьями и т.д. Ну, а о любви к немцам в XVIII в. и французам XIX в. и так хорошо известно.

Некоторые считают, что все новое русские встречали с настороженностью и приходилось «внедрять» нам западную цивилизацию. При

Стр. 140

этом ссылаются на пример сложности восприятия народом России петровских реформ. Но факты говорят об ином. Русские люди всегда тяготели к вольнодумству и подражанию, и не склонны слепо следовать заведенным порядкам. Так, например, в обычае у скандинавов общие помывки мужчин и женщин в бане, что для православных россиян было не характерно. Но вот в 1646 году Алексей Михайлович прознал, что в Нижнем Новгороде «в торговых банях парятся всякие люди мужики и жонки и вместе и так делают забыв Страшный Суд Божий, и друг друга в телесном обнажении не стыдясь…» и указом это запретил. А в 1633 году патриарх всенародно «проклял» повсеместно распространявшееся заморское зелье — курение табака. Но церковное проклятье не сильно напугало народ. Через год Алексей Михайлович запретил курить и торговать табаком под страхом смертной казни. Но и этим искоренить поветрие не удалось. Указ повторен в 1649 году с приказом «пороть носы», «резать ноздри и ссылать в Сибирь». Не поощрялось и ношение иноземного платья и стрижек. Специальный указ Алексея Михайловича запрещал «перенимание чужих обычаев». «А тому, кто впредь учнет волосы подстригать и платье носить иноземного образца или такое же платье объявиться на людях их: и тем от великого государя быть в опале, и из высших чинов написаны будут в нижние чины…». Для исправления расшатавшихся нравов запрещалось не только иностранное, но и распространение мирской музыки, плясок и хороводов, балалаек, скоморохов и пр..

Отсюда можно видеть, что не знак направления реформ, а несвобода в выборе унижала русского человека. Насилие было противно ему в любом обличье. Ему было одинаково тошно жить по указке, как «патриархального» Алексея Михайловича, так и реформатора Петра Алексеевича, который силой вводил то, с чем силой же боролся его отец.

Сам Петр Алексеевич с детства влюбился в Голландию и пытался копировать у нее все, что как-нибудь подходило для России. Впрочем, он пытался ввести и то, что не слишком подходило, но нравилось ему. Кстати, этой любви, возникшей в раннем возрасте, он оставался верен всю жизнь. Так, незадолго до смерти, 7 ноября 1724 года, он писал пансионеру И. К. Коробову, посланному за границу на обучение: «Пишешь ты, чтобы отпустить тебя во Францию и Италию для практики архитектуры цивилис. Во Франции я сам был, где никакого украшения в архитектуре нет и не любят, а только гладко просто и очень толсто строят, и все из камня, а не из кирпича. Об Италии довольно слышал, и к тому же имеем трех человек русских, которые там учились и знают нарочито. Но в обоих сих местах строения здешней ситуации противные места имеет, а сходные голландские».

Стр. 141

Последняя русская любовь ко всему американскому вовсе не такая свежая, как многие могут предполагать. Ей уже более полутора веков. Интерес к независимой Америке, первые интрижки и первые знаки внимания со стороны России начались с продажи ей за бесценок наших американских владений (вначале Калифорнии, а потом и Аляски). И хотя англичане и мексиканцы сулили нам больше денег, но мы уже влюбились. В этом выборе, конечно, было немало рациональных политических интриг, рожденных конфронтацией то с Англией, то с Францией, типа «против кого дружим» с Америкой. Затем, в их гражданскую войну, в 1865 г., приходом военной эскадры в Нью-Йорк Россия поддержала демократические завоевания и независимость именно Северных Штатов, а не Южных, что идеологически было совершенно странно для наших интересов. Позднее, до самой революции, мы пытались наладить и усилить со Штатами торговые и инженерные контакты. В 1870 году на вооружение нашей армии был принят револьвер системы американца Кольта, винтовка Бердана, позднее — пулемет американца Хирама Максима. В освещении и электричестве мы перешли на американские стандарты. Но за каждый из проектов практичные американцы, как и позднее, без дружеских сантиментов сдирали с нас кругленькую сумму. Так, за перенос одного из домов в конце XIX века, в Москве, американцы заломили в 10 раз большую сумму, чем позднее предложил наш соотечественник. Во второй половине XIX века американские идеологи начали соблазнять свободой и хлебными просторами «лишних» русских, приглашая их обживать «дикий» Запад. В конце века большое число русских крестьян и «сектантов» рвануло в США и Канаду в поисках зажиточной жизни. Немало наших предприимчивых интеллигентов и инженеров, после революции, уехали на европейский Запад, но осели в конце концов именно в США. Перечисление знаменитых фамилий заняло бы огромный список. Например, Сикорский в авиастроении, Петров в магнитной звуко- и видеозаписи (фирма «Ампекс»), Зворыкин в телевидении. Даже в основании такой знаковой для Америки мотоциклетной фирмы как «Харлей Девидсон» лежат два русских предпринимателя Харламов и Давыдов, основавшие эту фирму. Россия налаживала прочные экономические связи с США. Русские страховые фирмы пользовались там популярностью. В Америке у России было много военных заказов. Именно в США был построен крейсер «Варяг». Многое из электрооборудования и телефонии поступало из Америки. Особенно увеличились заказы и экономические связи во время первой мировой войны.

Коммунисты, кстати, приударили за Штатами еще откровеннее, чем в царское время. Сразу после революции советские политики и военные, отказавшись от европейской (в основном франко-немецко-австрийской) системы покроя мундиров и употребления погон, перешли на

Стр. 142

новую форму одежды. Именно, из подражания американским образцам, появились советские военные рубашки и френчи с нашивками на рукаве и воротнике, вместо погон. Наши автомобильные заводы принялись копировать фордовские конвееры и выпустили Газ А, который был копией автомобиля Форда. Наши предвоенные танки, типа БТ-7, являлись копией американских (конструктор Кристи). Буквенное сокращение «ДИП» в наименовании токарных станков выпуска 30-х годов, означало «Догнать и перегнать Америку»! Все 30-е годы в нашей стране мечтали, и пытались начать строить небоскребы, но реально взялись это делать только после войны в Москве. Если даже вспомнить фильм «Цирк», то главная героиня Орловой, Марион Диксон, приехала не из Европы, а именно из Штатов. Наш джаз возник из копирования американского. За что, правда, позднее и подвергался неоднократной идеологической порке. В 30-е годы произведения Эрмитажа мы чаще продавали именно американцам. В войне с фашистами мы именно с Америкой стали самыми действенными союзниками. После войны с Америкой соперничал Сталин, а затем за ней погнался Хрущев, размахивая американской же кукурузой. Нет смысла долго подтверждать весь этот длинный путь заимствований фактами.

Каких масштабов достигло сейчас наше неумеренное подражание Америке, все видят уже сами. Кидая жаркие взгляды через океан, опьяненная критикой тоталитаризма и эротическими разговорами «о правах человека», Россия сбросила коммунистические одежды и голая (без всякой разумной идеологии) бросилась в объятия американского ковбоя. Видимо, только сейчас ощутив очарование свободной любви в наивном заклинании американских хипарей 60-х годов: «Маке love — not war!». Но, если взглянуть на эту очередную нетрезвую влюбленность России со стороны, то становится просто стыдно. Особенно противно было смотреть на это подобострастное обожание всего американского в ельцинское время. Сейчас нетрезвая тяга к Америке явно начинает терять недавнюю силу. Так как, говоря аллегорически, наш очередной избранник не ответил страстной любовью на наши пылкие чувства, он оказался совсем «не орел», чем явно обманул наши ожидания.

Но не стоит обольщаться нашим отрезвлением. Возможно, что где-то впереди Россию поджидает новое страстное увлечение. На сей раз, возможно, как бывало и прежде, оно восточной окраски. Там немецкий порядок сочетается с восточными церемониями и трудолюбием. Современный Китай и сам уже готов поддерживать деньгами и картинками мифы о себе. В будущем, если приложит щедрые усилия, он может стать нашим новым фаворитом. Но тот, кто хотя бы немного знаком с историей, обычаями и характером коренных народов, населяющих

Стр. 143

центральный Китай, трижды предостережет нас от крепких объятий с ним. Китай, как и в прошлом, готов проглотить и переварить любой пограничный народ без всяких сантиментов, наведя там свои порядки и отняв у них язык предков.

Есть у нас и другие возможности. Россия страна многонациональная и многоконфессиональная. Когда-то, еще князю Владимиру многими чертами понравилось мусульманство. Сейчас мусульманство — вторая по численности религия в нашем государстве. И если в ближайшее время мы не найдем дружеского, теплого взаимопонимания с Америкой и Европой, то, отдаляясь от них, мы отыщем поддержку именно у исламских стран.

Но есть ли у России шанс стать в будущем исламским государством? Если говорить о нынешних поколениях, то, конечно, нет. Но в конце очевидных демографических перемен такая возможность есть. Ведь прирост населения России мы видим только в мусульманской части населения. Кроме того, одних русских (особенно жен) ислам соблазнит запретом употребления спиртного, других — многоженством, третьих — активной гуманистической позицией (обязательное подаяние нищим, запрет ростовщичества и многое другое), четвертые станут ренегатами из расчета, так как всегда готовы плыть по ветру (теперь я турок, не казак). Тем более, что это может быть результатом процесса перераспределения в массах религиозных предпочтений, и может не означать полного исчезновения православия в стране. Была страна православная, с весомым мусульманским населением, а станет мусульманская, с весомым православным населением.

11. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Все изложенное в данной главе пригодится нам при переходе к рассмотрению русского национального характера. Основной вывод, который можно сделать на основании того, что русский народ собран из многих национальностей, тот, что общность, которая определяется как русский национальный характер, развивалась не на базе частных этнических особенностей. Разнообразие этнографических подробностей, наблюдаемое в костюмах и некоторых особенностях быта народов, населяющих Россию, с самого начала затмевалось куда более мощными источниками влияния. Во-первых, русский язык является наиболее мощной и легко усматриваемой общностью русских людей. С другой стороны, роднит общее место обитания русских — природа, ее экология. Оба этих мощных источника порождают третий — общность культуры и истории, который, со временем сам становится центром стабилизации общих национальных особенностей.

Стр. 144

Вышесказанное позволяет наметить общий план рассмотрения дальнейших вопросов. Очевидно, что следует выделить обобщенные русские национальные черты, как отличающие нас от окружающих народов, так и роднящие нас с ними. Следует также подвергнуть сравнительному анализу русский язык, чтобы выделить его особенности, отличающие его от остальных языков. И, наконец, надо рассмотреть особенности нашей природы, ее климата и то, как человек, живущий в этих условиях, приспосабливался к нему. Равно как и изменения экологического ландшафта в историческом времени под влиянием деятельности самого человека. Результаты этих исследований следует сравнить и найти причинно-следственные связи, которые позволят ответить на вопрос об общих координатах, в которых формируется национальный характер, и русский национальный характер в частности. Начнем рассмотрение с истории влияния цивилизаций на экологические условия проживания.

 

Список использованной литературы отдельно приложен к статье и доступен для скачивания.

 

Вложения

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *